Tempus Magicae |
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » Tempus Magicae » в тридевятом царстве » я не договорила » [september, 1979] Минерва, не уходи, сейчас припев!
Минерва, не уходи, сейчас припев!
«Три часа заседания способны измотать кого угодно больше, чем целый день труда»
сентябрь | учительская Хогвартса
Филиус Флитвик ⬥ Минерва Макгонагалл ⬥ Гораций Слагхорн ⬥ Сильванус Кеттлебёрн
Описание эпизода Дамблдор не спешил. Дамблдор брал их измором. Макгонагалл сухо листала протоколы, Флитвик вяло помахивал ногами под стулом, Слагхорн тихонько дремал, делая вид, что «внимательно слушает». |
Отредактировано Filius Flitwick (02-09-2025 13:26:03)
Минерва не уходила. Не потому что не хотела, а потому что она долбанный заместитель директора долбанной школы долбанного волшебства. Подперев щеку рукой, она рассеянно рисовала на полях пергаментов с протоколами прошлых собраний. Сердечки были, цветочки были, члены тоже были… Члены собрания, разумеется. Особенно хорошо удалась карикатура на спящего Слагхорна. Посмотрев на вновь дремавшего старикашку, женщина грустно и тяжело вздохнула. Взгляд переместился к Дамблдору. Узкие губы шевелились где-то в глубине белоснежной бороды, а монотонный голос, который должен был призвать их на борьбу со взрывающимися котлами, призывал только поспать. Да мерлина ради! Они только что выпустили четверку самых ужасных студентов за всю историю Хогвартса, можно вздохнуть свободно?! «Нельзя» - Альбус сверкнул половинками очков и продолжил свой монотонный рассказ.
Минерва откинулась на спинку стула, отбросив перо. Взгляд скользнул по все еще спящему Слагхорну (взгляд был наполнен завистью), пробежался по Флитвику (там особо негде разогнаться, кроме парочки любопытных мест, но они под столом) и остановился на Сильванусе, который деловито копался под столом, выуживая…
— Ну все. Хватит, - Минерва решительно выпрямилась на стуле, намереваясь пересечь этот беспредел, - я лично займусь проблемой взрывающихся котлов, идет? – она нервно поглядывала на Кеттлеберна, который в этот момент деловито пристраивался к своей волынке. Капелька пота стекла по спине между лопатками – нужно торопиться.
— И отчитаюсь о результатах к концу недели, - она быстро облизала пересохшие губы, бросая испуганный взгляд на крюк коллеги. Давай, Дамблдор, бери свою бороду и заканчиваем этот цирк – клоуны уже устали!
- Прекрасно! - Дамблдор даже хлопнул в ладоши, довольный, что есть на кого спихнуть котлы.
Минерва, не выдержав, наступила на мину, а значит, к концу недели их ждет новое собрание по результатам того, как ей удалось разрешить эту проблему. На дворе стоял семьдесят девятый год, радовавшие его мародеры покинули Хогвартс, новых пока не народилось, темный лорд затаился на все лето, и он позволил себе немного расслабиться. А зря.
- Что же. - продолжал Дамблдор. - Теперь можно перейти к обсуждению не менее важного вопроса о сырости в дальней кладовой комнате под четвертой лестницей в подвале восточного коридора Астрономической башни. Коллеги, это совершенно недопустимо, чтобы плесень появилась в таких глухих коридорах, иначе она быстро распространится дальше, и...
Флитвик, пожалуй, закричал бы, если бы у него было чуть меньше самообладания. А нет, он действительно закричал, только вместо голоса наружу вырвались визгливые переливы волынки. Он закрыл рот, и гул прекратился.
- Господин Директор, - вновь проволынил он, бросив строгий взгяд на Сильвануса, который скучающе смотрел в окно, - Я полагаю, - на звуки волынки проснулся уже и Слагхорн. Он тихонько клюнул головой, сбрасывая наваждение - мол, не поверите, что мне сейчас приснилось. Директор пожевал губами.
- Что такое, Филиус, вас прокляли?
Минерва тихонько гукнула, стараясь не прыснуть от смеха.
Альбус сидел на противоположном конце карусели на бирюзовом келпи и с присущей ему осенней монотонностью рассказывал о котлах самое неинтересное, что с ними только могло происходить. Подумаешь, взрываются. Они и не такое умеют в руках юных дарований.
- Альбус, друг мой, мы здесь зачем? - Покачиваясь на своем фиолетовом гиппогрифе под переливчатую музычку перебил его Гораций. - Правильно. Чтобы отдыхать, радоваться карусели и развлекаться. - Из центра карусели начал бить красный фонтанчик. Гораций подставил так удачно очутившийся в руке бокал, сделал глоток, ополоснул дёсна, смакуя открывающийся букет - мерло пятьдесят шестого. Калифорнийское.
- Ну всё, хватит! - У Минервы на разноцветном жмыре прямо позади Горация в голосе были нервные нотки. Она поглядывала на Альбуса, но Гораций принял слова на свой счёт. - Но я только начал! Попробуй, какие дивные шоколадные ноты внизу и восходят к верхней смородине!
Переливчатая музыка сменилась пронзительными звуками волынки. На секунду вся карусель окрасилась в противную красную с синим клетку, как килт, который Кеттлберн предпочитал нормальной одежде по праздникам, а после растворился в совершенно неуютной дымке, открывая слишком резкие черты учительской и коллег вокруг.
- Снова разбудили. - Пробубнил Гораций себе под нос. - Какого Мордреда и Морганы ты только таскаешь с собой эту безвкусицу, Сильванус? - Уже громче и раздражительнее продолжил он. - Там был прекрасный Мерло пятьдесят шестого, которого уже и на свете нет, только там и мог попробовать! - Совсем уж разразился криком Слагхорн, поспешно выудил из внутреннего кармана мантии пустой фиал, коснулся палочкой виска и потянул тонкую серебристую нить, аккуратно заталкивая её внутрь фиала. - Болван. Немного мягче подвёл черту под своей тирадой старик.
- Найдем, кому в этом году чистить котлы на отработках. Нашли проблему.
Отредактировано Horace Slughorn (02-09-2025 14:46:01)
Котлы, котлы…
Сильванус подчеркнул слово двумя не очень ровными чертами. В целом, это слово и было единственным, что он записал сегодня на собрании. Проблема взрывающихся котлов интересовала его чуть меньше, чем вопросы звукоизоляции в учительской уборной на третьем этаже, то есть занимала одно из последних мест по шкале актуальных жизненных проблем. Даже голос Минервы, который он обычно готов был слушать в любое время дня и ночи, сейчас звучал где-то на периферии сознания, которое, в свою очередь, было занято куда более важным занятием.
Котлы…
Метлы. Хвалы… кандалы…
Опять взрываются котлы,
А я, осеннею хандрою движим,
Заклятьем сбросив кандалы,
Любимую свою увижу…
Да, с этим можно работать. Минорный осенний романс. Лирический герой страдает по любимой, которая увлечена то ли работой, то ли плесенью в подвале восточного коридора Астрономической башни…
Едва удержавшись от того, чтобы закатить глаза, Сильванус сползает ниже в кресле и дописывает к стихотворению еще пару строк. Очередной виток дискуссии непременно приведет их к спору, чем лучше травить плесень - заклятьем или зельем, а закончится перекладыванием ответственности на плечи Филча, которого здесь даже нет.
Интересный факт: фантомной рукой очень удобно подбирать аккорды на невидимой гитаре.
Еще один интересный факт: звуки волынки ускоряют принятие решений на девяносто три процента. Возможно, чуть меньше, в Хогвартсе математике не учат.
– Плесень растёт на стенах, - проигнорировав возмущение Горация, нараспев произносит Кеттлберн, выплюнув чантер и позволяя волынке издавать долгий монотонный звук. – Кто мы с тобою и где мы… Минерва, следующая строчка ваша.
— И только поцелуй настоящей любви снимет проклятье, - пробубнила Минерва, кусая себя за щеку изнутри, что не хихикать. В конце концов, у них тут серьезное мероприятие. Ну, было. Часа три с половиной назад. Когда она была в своих покоях! Драккл вас всех раздери, развели детский сад на выезде!
Ей невыносимо хотелось сбежать отсюда. Оставить Дамблдора с его начищенными котлами и бежать по полю, и чтобы волосы такие назад…
— Гораций, мы уже продвинулись к плесени. Запрыгивай в наш скорый поезд, а то так и помрешь на станции «Котлы», - Минерва со стоном опустила лицо в ладони. А надо бы закрыть ими уши.
Брюнетка поднялась, на ходу трансфигурируя свою палочку с серебряный стилет, обошла Сильвануса со спины, и со всех своих кошачьих сил вонзила острие ножа в клетчатую ткань, распарывая ее от одного шва к другому. Волынка испустила последний жалобный прррффф и поникла, укладываясь тряпочкой с трубками прямо на мужские колени.
Тряхнув головой, она сбросила наваждение и убрала пальцы с палочки – во избежание. Положив руки на стол, она стала стучать ногтем по столешнице и надеялась, что причастные к этому люди поймут, как она «морзянкой» выстукивала «мне нужен херес». Но Слагхорн, кажется, не знал азбуку Морзе.
— Кто мы и откуда, откуда… - рассеянно продолжила она, перекрывая собственный стук о помощи. Чесалось горло. Сильванус, свет очей, не желал расставаться со своей любимой женщиной ни на минуту, его срочно нужно было чем-то занять.
— А давайте на борьбу с плесенью отправим Помону? Она должна разбираться во всяком таком… А если плесень разумная, то отправим Сильвануса – я уверена, он убедит ее переползти в подземелья Слизерина, - женщина бросила хитрый взгляд на Горация и чуть не показала ему язык. А затем перевела скучающий взгляд на Флитвика, всеми силами пантомимы показывая, чтобы он пнул Альбуса под столом, и они могли разойтись.
Мне нужен херес.
Мне нужен херес.
Мне нужен херес.
- В поезде за плесенью постоянный пассажир - Филч. Я предпочту даже забыть, где брать билеты. А чтобы улететь со мной на метле под названием медовуха, пользуйтесь Авиасейлс закругляйте этот балаган. - Гораций был утомлён бессменностью тем на директорских собраниях, и даже волынка бы не спасла данные мероприятия от вязкой тоски.
- Альбус, вспомни времена Диппета и перестань его косплеить. Если так уж хочется провести с нами время, давай просто поболтаем. -, без особой надежды обратился он к директору, затем заглянул в лица коллег, ища поддержку. Но Минерва лишь подпела Кеттлберну, потворствуя его дурацким музыкальным замашкам.
- Будь плесень разумной, то она бы не приползла в такое унылое место. Что толку сидеть в чулане, так и от скуки недолго помереть. Вот если бы она поселилась в большом заааале... - В животе у Слагхорна громко заурчало, и он решительно, но тяжело поднялся на ноги. - Всё. Вы как хотите, а я пошел к себе. Завтра важный день, мне нужно подготовится -, он похлопал себя по животу, - а если кому тоже нужно подготовиться, милости прошу в гости.
Под стук ногтей о столешницу он ритмично направился к двери, а на пороге обернулся. - Пойдем, Минерва, плесну тебе хересу. Почему-то мне показалось, что ты была бы не против.
Две мысли посетили Филиуса Флитвика, пока он в качестве практики осознанности атрибутировал себя посреди происходящего хаоса. Первая мысль была о том, что он профессор чар и, пожалуй, мог бы изобрести себе что-то вроде тульпы, единственная задача которой заключалась бы в том, чтобы сидеть посреди заседаний и кивать, а потом выдавать ему, настоящему Флитвику, краткий протокол происходившего на собрании. Вторая мысль, поразившая его довольно внезапно, была о том, что, похоже, профессор Дамблдор уже давным-давно поступил именно таким образом. Пока эта догадка не успела расцвести в его голове пышным цветом, вышеобозначенный профессор сверкнул в его сторону голубыми глазами, словно предупреждая.
- А что с комиссией, Филиус?
Все замолчали - даже Кеттлберн сжал волынку так, что она пискнула и умолкла.
Комиссия, ну конечно. В октябре они ожидали Международную аттестационную комиссию, которая выдавала лицензию на магическое образование всем магическим школам, проходила она раз в тысячу лет и, как мы понимаем, предыдущая тысяча уже миновала.
Надо же, столько поколений преподавателей сменилось, и именно на мое выпала такая удача.
Ответственным по подготовке был назначен Флитвик, как единственный, очевидно, кого не жалко. Вот почему все глаза сейчас устремились к нему. Филиус вдохнул, задержал дыхание и выдохнул. Паясничать было нельзя. Хорошо.
- Я думаю, что нам стоит создать комиссию в лице меня и заместителя директора, мы посетим уроки каждого преподавателя и порекомендуем, что лучше всего спрятать от глаз комиссии на время ее приезда. Я также составил список минимально необходимых изменений в распорядок дня, оборудование столовой и башен домов, чтобы привести все в соответствие с современными требованиями. К сожалению, если этого не сделать, лицензии нам не видать, - как и настоящего Дамблдора на педсоветах, - додумал он мысль, возникшую с самого начала этого текста (прочтите выше). Так вот почему их педсоветы представляли собой такой фарс.
Отредактировано Filius Flitwick (19-09-2025 10:25:47)
То, что педагогическая работа несовместима с творчеством, Сильванус знал еще с детства. Давным-давно безусым мальчишкой он писал на обрывках пергамента стихи и отправлял преподавательнице по нумерологии – прекрасные стихи, навеянные Байроном и Шекспиром. Ваш взгляд как глаза гиппогрифа – я бы поклонился, но не нахожу в себе силы… Да, он до сих пор их помнит. Что примечательно, успеваемость по нумерологии у юного мистера Кеттлберна существенно улучшилась, несмотря на то, что он частенько забывал сдавать домашние задания. Не исключено, что профессор просто решила минимизировать количество их личных встреч на отработках. Учителя очень далеки от поэзии.
– Кто мы и откуда, – бормочет Сильванус себе под нос, кое-как зацепляя перо деревянной рукой и добавляя эту строчку под уже написанный текст. – Не в размер…
И на мгновение задумывается, подбирая рифму.
– Увы, Минерва, если плесень разговаривает не английском или гоббледуке, я не смогу ее ни в чем убедить. Да и к слизеринцам я бы ее не отправил, это негуманно. Ну куда вы, Гораций, я же любя!
И тут Дамблдор решает разыграть козырную карту. Словно дождавшись тишины, волынка в руках Кеттлберна, явно поддаваясь чьему-то невербальному приказу (конечно, Флитвика, кто еще мог бы это сделать?!) растворяется в воздухе, коротко пискнув. В ответ Сильванус награждает коллегу тяжелым взглядом, который, увы, тут же теряется среди взглядов остальных преподавателей. Все как бы сочувствуют Филиусу, но и тихонько радуются за себя – всё-таки именно Флитвик вытянул тогда короткую спичку, обрекая себя на великую ответственность возглавить подготовку к аттестационной комиссии. А мог бы запастись капелькой удачи…
Сильванус делает очень-серьезное-лицо, с которым тут полагается слушать любые разговоры об октябрьской проверке. Кстати, пора переставать шутить о слизеринцах, если он рассчитывает и дальше иметь доступ к запасам Горация, потому что без старины Феликса с визитёрами ему, кажется, не поладить. Едва ли они окажутся сторонниками его экспериментальных преподавательских методик. Можно, конечно, сделать упор на инклюзивность, вот только до популяризации этого слова магическому (да и магловскому) миру еще лет двадцать.
– Примерно в даты проверки я планирую организовать для четверокурсников погружение на дно Чёрного озера. Будем изучать, как проходит гнездование у гигантского кальмара, – произносит Сильванус, для солидности перевернув пару листов пергамента и сделав вид, что читает написанные там каракули, – Это очень важно, следующего такого шанса придется ждать целых три года. Предлагаю сделать этот урок показательным для комиссии. Как вам такая идея, Филиус?
Минерва уже собрала все свои свитки в стопку и поднялась, чтобы уйти вслед за Горацием, почти облизываясь на ходу, но тут Альбус решил окончательно испортить ей вечер. И Флитвик туда же! Мелкий засранец.
Она послала убийственный взгляд на Филиуса, обещая ему все небесные кары, на которые только будет способна ее палочка, и тяжело опустилась на стул, поджав губы. В лице его и заместителя директора? Ну жди, приду к тебе ночью в образе твоей сладкой кошечки и сяду жопой на лицо. Она мстительно улыбнулась и кивнула директору, мол, да, будет им сопровождение в лице заместителя директора.
— Отличная идея, Сильванус! – она не сдержалась, хихикнув, — так мы и поступим. Наверняка, такой экскурсии им еще не устраивали. Но вот беда, - Минерва вздохнула, опустив плечи, погрустнела, — я совсем не владею заклинанием головного пузыря… Так что придется вам взять Филиуса, он у нас ас по части чар, - брюнетка широко улыбнулась и перевела взгляд на молодого профессора. Пусть теперь он отдувается за свои гениальные идеи сам. И Сильвануса прихватит с его волынкой.
Гораций уходил картинно и собирался проторчать в дверном проёме хоть вечность, лишь бы утащить с собой кого-то ещё. Во-первых, из жалости, во-вторых, от скуки. Но как только прозвучало слово «комиссия», преподавателю зелий решительно захотелось превратится в предмет своего изучения и просочиться невидимым вон. К сожалению, таким уровнем самотрансфигурации владел разве что Альби.
Чертова комиссия. Горацию уже заранее надоело готовить зелье жидкой удачи на целую ораву, стоило ему только представить чопорные строгие взгляды делегации на расслабленных его и опасных Сильвануса уроках.
- А нельзя ли просто напомнить комиссии, что мы древнейшая и лучшая школа волшебства в мире, и в проверках не нуждаемся? И когда это тебе перестали доверять, Альбус? Уж ты-то со школой справляешься, дай Мерлин. - Без тени надежды отозвался Слагхорн от двери. Он всё думал, как бы поменьше времени провести над своим платиновым котел очком, объёмом не больше полупинты. И мысль сплелась с предыдущим предложением…
- Альбус! - Словно бы осененный вскричал он. - Давай ты потратишь глоточек удачи на написание комиссии письма, чтобы они вообще не приходили?! - Мысль казалась ему настолько гениальной, что он совсем не ожидал разбиться о стену под названием «а как же честность, Гораций?» от негодования он даже хлопнул дверью, хотя и с этой стороны. А мог бы и с той. И пускай бы разбирались со своей комиссией. Последнее слово он мысленно перекривлял.
- Ладно. Ладно. Тогда ко мне пускай приходят на урок к первокурсникам. Перечное и скука, вот и всё, что их ждёт. - Подумав немного, Слагхорн перевел взгляд на Кеттлберна. - Тебе бы я тоже советовал избрать что-то более безопасное, чем озеро, но в твоем списке такого не существует. Главное, не тащи на урок волынку.
- И ещё… - Гораций состроил непроницаемое выражение лица. - Я сейчас вспомнил, директор, что мне в кабинете очень нужна помощь именно этих троих людей. Там… Сложно объяснить. Просто они мне нужны. Сейчас. Я бы мог послать за Синистрой или мадам Хуч. Хотя с такими темами Вам впору болтать с Бинсом.
Вы здесь » Tempus Magicae » в тридевятом царстве » я не договорила » [september, 1979] Минерва, не уходи, сейчас припев!
