Дождь стучал по окну кабинета Винсента, когда Лоренс Грейстоун, его тень и помощник, бесшумно вошел, держа в руках свежий выпуск «Пророка». 

— «Бывший казначей «Золотого Гиппогрифа» арестован за подделку галлеонов», — прочитал он вслух, откидываясь в кресле. 

Винсент медленно поднял глаза от отчетов клуба. В них красовались цифры, которые, увы, не радовали. «Общество любителей магического фехтования» приносило доход, но не тот, на который он рассчитывал. Ставки росли, но система учета была дырявой, а Годфри Макфарланд, хоть и следил за честностью дуэлей, в финансах разбирался хуже, чем в заклинаниях щитов. Сам Винсент, увы, в финансах понимал только то, что его где-то однозначно обманывают, но где? Для Винса это была задачка со звездочкой, поскольку ни опыта, ни знаний, ни рук ему катастрофически не хватало, чтобы уследить за всеми делами.

— Виктор Бах? — Винсент протянул руку, и Лоренс передал газету. 

На фото за решеткой сидел молодой мужчина с острыми скулами и холодными глазами, которые даже сейчас, в тюрьме, казалось, высчитывали процент выгоды. Розье покачал головой. Пусть и не Азкабан, но даже эта тюрьма - совсем не подходящее место для столь выдающихся талантов. А талант, особенно нужный ему, он чувствовал сразу.

— «Приговорен к восьми месяцам в министерской тюрьме с конфискацией имущества», — пробормотал Винсент, пробегая глазами по тексту, и присвистнул— Мда.. Восемь месяцев… Это, конечно, перебор для такого человека. Как думаешь?

Лоренс промолчал, зная, что Винсент уже что-то задумал и в девяноста процентах случаев отговаривать его было бесполезно. Не то чтобы Грейстоун был оплотом разума, но его внутреннее чутье подсказывало, что доверять финансы финансовому махинатору - затея так себе.

- В прошлый раз он отказался, потому что.. Как он тогда сказал? - спросил Винсент, откладывая газету. 
— Полгода назад. Сказал, что «не видит перспектив», - Лоренс хмыкнул и сел в кресло напротив Розье. Разговор обещал быть долгим.
— Перспектив… — Винсент усмехнулся. — Ну, теперь перспектива у него одна — гнить в камере, - он придвинулся к столу и оперевшись локтями о столешницу посмотрел на Грейстоуна с тем самым блеском азарта в глазах, как всегда, когда у него зарождался очередной совершенно невероятный план. Лоренс тяжело вздохнул.
- Выкладывай, парень, что там у тебя на уме.

***

Вытащить кого-то из тюрьмы Министерства Магии было непросто, но не невозможно. Особенно если учесть, что Виктор сидел не за насилие, а за финансовые махинации — а значит, у него были враги, но не смертельные.

Винсент начал с того, что отправил Лоренса напрямую к Моргану Гримстоуну, главе тюрьмы Министерства. Тот был неподкупен, но у него был младший брат, который, по слухам, уже тогда интересовался темными искусствами. Винсент не стал лезть к нему напрямую, но через пару взяток нужным людям узнал, что дело Баха ведет Арнольд Пиззл, прокурор с долгами в Гринготтсе. 

— Он должен гоблинам? — переспросил Винсент, когда Лоренс доложил. — Идеально.

Дальше все было просто: через подстаного маклера Винсент выкупил долг Пиззла, а затем пригласил его на ужин в «Дырявый котел». 

— Я слышал, вы рассматриваете дело Виктора Баха, — начал Винсент, наливая прокурору вина. 
Пиззл насторожился, но кивнул. 
— Восемь месяцев — это слишком для такой ерунды, не находите? — Винсент улыбнулся. — Особенно если учесть, что гоблины… ну, вы понимаете.
Следователь побледнел, но его раздувшиеся ноздри явно уступать не желали. Розье держал паузу, изучая лицо Пиззла, будто на нем были все ответы. Он видел смятение, страх, то, как гордость медленно отступает на задний план, уступая место осознанию своего провала. Винсент улыбнулся, как лис, безнаказанно выкравший курицу из сарая.
— Что вы предлагаете?
— Смягчение приговора. Скажем, домашний арест. А взамен… ваши долги исчезнут.
Пиззл колебался недолго. 

***

Винсент развалился на лавочке прямо напротив входа в министерство, задрав голову вверх. Кожаная куртка, видавшая дни и получше, черные очки, на которые мягко падали редкие снежинки под столь неожиданно выплывшим из-за плотных облаков февральским солнцем. Розье посмотрел на часы. Он точно знал, во сколько Бах должен выйти из Министерства. Еще пара минут и… Точно по расчету.
Из массивных дверей вышла знакомая фигура.
Винс снял очки, убирая их во внутренний карман, и уперся взглядом в Виктора, ожидая, пока тот его наконец заметит.

Подпись автора