В Трех метлах сегодня было солнечно и малолюдно. Теплый весенний день располагал к прогулкам, а не посиделкам у Розмерты, и Саманта без проблем заняла любимый столик у окна. Необычно задумчивая, для тех кто ее знал и мог бы увидеть, она сидела, вглядываясь в солнечные блики на деревянной поверхности стола, почти не притронувшись к сливочному пиву. Она ждала этот день и вместе с тем боялась. Не было больше внутреннего сопротивления. Ни один, даже самый тихий, голосок в голове не говорил ей, что она собирается поступить неправильно. Возможно сегодняшним днем она и оттягивает неизбежное, но ей хотелось напоследок оставить о себе приятные воспоминания.

Зимний случай с Майей перенес ее в тот день, четыре года назад, когда роковая ступенька надломилась, и отец, крепкий, полный жизни, скатился по лестнице к ногам Саманты уже мёртвым. Лёд под ногами подруги треснул так же внезапно. Всего лишь мгновение, слабый вскрик - и Майя скрывается в холодных черных водах. Сэм плохо помнит, что было дальше. Только холод воды, тонкие, словно веточки, руки и мертвенно-бледное лицо подруги.
Майя выжила, каким-то чудом.

Несколько месяцев прошло с тех пор, а мысли об этом до сих пор приводят Сэм в меланхолично-мрачное настроение. Ее чертово проклятье виновато в том, что произошло, в этом нет сомнений. То, что Майя едва не умерла, стоило Саманте признать свои чувства - не может быть совпадением. Она думала что хитрее, что сможет обыграть его и вырвать у судьбы кусочек счастья. Но проклятье быстро показало преступность ее желаний. Нет в ней ни безрассудности матери, ни силы сестры - она не может позволить, чтобы кто-то пострадал из-за нее. И если кто угодно может умереть из-за ее любви, то выход прост - Саманта не будет никого любить. Маленькая жертва, чтобы уберечь чужие жизни и свое хрупкое сердце. Не так ли?

Солнечный свет на мгновение меркнет, когда кто-то проходит мимо окна, и Саманта быстро натягивает на лицо радостную улыбку. Хлопает дверь - и маленький вихрь по имени Майя уже приземляется за ее столиком, разбрасывая слова как костер - искры. Сэм действительно была рада ее видеть. Будет ли у нее еще когда-нибудь кто-то настолько близкий?

— Если единороги и остались, то только из жалости, - фыркнула Сэм. У них с Роджерс всегда были трения, и подколоть соперницу никто из девочек никогда не отказывался. - Нам стоит посочувствовать беднягам, если, конечно, они действительно были.

Ей хотелось сделать что-нибудь такое, чтобы их последняя вылазка была запоминающейся. Чтобы думая об этом приключении после того, как расстояние и время разлучат их - она могла находить утешение. "Кабанья голова" никак не подходила под это описание.

- Насчет плана... Есть идейка посимпатичнее, чем торчать в козлином баре Аберфорта. - Сэм понизила голос и склонилась над столом, чтобы только подруга могла услышать. Ее лицо светилось азартом, впрочем как и всегда, когда Лиса придумывала какую-нибудь авантюру. - Давай сбежим, в Лондон, - она на минуту прервалась, улыбаясь Розмерте, которая невовремя принесла сливочное пиво для Майи. Дождавшись, когда хозяйка Метел отойдет на достаточное расстояние, Сэм продолжила. - Заскочим в Косой, перекусим у Флориана, купим твой пергамент и рванем гулять по городу? Я никогда не была в маггловском кино.

На самом деле у Саманты не было конкретного плана. С Майей будет весело везде - в кафе с волшебным шоколадом, который меняет вкус. В книжной лавке, где страницы шепчут стихи. В парке, где фонари зажигаются от смеха. Когда тебе восемнадцать - кажется, будто весь мир у тебя на ладони, и если захотеть, можно оказаться где угодно. Главное, чтобы верная подруга была рядом.

- Брось, я сдала трансгрессию на отлично, - фыркнула Лиса, глядя как мысли крутятся в чужой голове. Ей не терпелось поскорее отправиться в путешествие, и потому она постоянно ерзала на стуле, будто неспокойный зверек, чье имя она носила. - Если никому не попадемся - никто и не узнает.